• Главная
  • Культура
  • Надежда Шумилова: «Самое ценное в театре – жизнь человеческого духа»
Культура

Надежда Шумилова: «Самое ценное в театре – жизнь человеческого духа»

Легендарная артистка советского кинематографа Надежда Шумилова отмечает юбилей. Утонченная, сильная, одухотворенная и цельная актриса – украшение любой киноработы или спектакля. Фильмы: «Трижды о любви», «Надежда и опора», «Людмила» принесли Надежде Шумиловой всесоюзную известность и любовь зрителей. Но главным местом духовного роста актрисы всегда был и остается театр. Заслуженная актриса, выпускница Зиновия Корогодского, работает в ТЮЗе имени Брянцева с 1976 года. За это время Надежда Шумилова сыграла более 50 ролей.В современном репертуаре актрисы — работы в спектаклях для детей («Все мыши любят сыр», «Снежная королева», «Морозко», «Про Иванушку-дурачка») и старшего поколения («Вниз с горы», «Танец Дели», «Поллианна»). С недавними яркими кинообразами можно познакомиться в сериалах: «Одну тебя люблю», «Фаворский», «Шальная судьба» и многих других. Накануне юбилея Надежда Шумилова дала интервью «Российской газете».

Надежда Александровна, расскажите о вашей семье. Какие были предпосылки выбора актерской профессии?



Лариса Малеванная написала свои воспоминания и семейные истории

Надежда Шумилова: Мама была учительницей, отец — директором оборонного завода. Я родилась в Новгороде, но поскольку отец был партийный работник, его направили в поселок имени Морозова, находившийся в сорока километрах от Ленинграда на берегу Ладожского озера. Я с детства хотела быть хирургом и только хирургом. Моими игрушками были шприцы, градусники, белые халаты. С 5 лет я любила литературу, хорошо читала стихи. Поскольку у нас в Морозовке был очень богатый оборонный завод, нас каждую субботу и воскресенье совершенно бесплатно возили по всем ленинградским театрам и музея. Я прекрасно знала и любила город и ТЮЗ имени Брянцева. И в седьмом классе я заболела театром. Мечта о профессии хирурга осталась в прошлом, и после окончания школы я сразу поступила в ЛГИТМиК.

Вы целенаправленно поступали к Корогодскому?

Надежда Шумилова: Тогда, в 1971-м году, набирали Игорь Горбачев и Зиновий Корогодский. Мы с Сергеем Шелгуновым поступали и туда, и туда — в результате, оба оказались на курсе Корогодского. Помню свое первое впечатление от института: я испугалась, когда увидела, что студентки ходят в черных колготках, черных юбках, а на голове — кички. Я очень свободолюбивый человек, выросла на берегу озера, среди природы, леса, поэтому рамки меня всегда напрягали. Но я была волевая девочка, поэтому смогла принять новые условия игры, преодолеть все трудности и полностью отдаться учебе.


Весь первый курс Лев Додин был вашим вторым педагогом. Насколько он сформировал ваше актёрское мироощущение?

Надежда Шумилова: Льва Додина мы очень любили: он репетировал с нами отрывки до глубокой ночи. Это был мой режиссер. Если бы моя жизнь сложилась по-другому, и я работала бы с ним дальше, моя актерская судьба была бы совершенно другой. Додин относился ко мне с большой теплотой: опекал, жалел, что я каждый день езжу в Морозовку, куда редко ходили электрички, и устроил меня в общежитие.


Елизавета Боярская сыграет на сцене Марину Цветаеву

Какие большие студенческие работы вам хочется вспомнить?

Надежда Шумилова: Было очень много разных и дорогих сердцу работ: "Белый пароход" по Чингизу Айтматову, "Поют 30-ые". Со 2 курса мы уже начали играть на Большой сцене ТЮЗа. Наш курсовой спектакль "Потешки" перенесли на Большую сцену театра. Одна из моих первых ролей на сцене ТЮЗа была в потрясающем спектакле "Весенние перевертыши" с Ириной Соколовой в главной роли, где я играла Римку Братеневу. "Чистейшей прелести чистейший образец"…


Каким был ТЮЗ при Корогодском?

Надежда Шумилова: Для Корогодского в актере важен был не только талант. Он еще и подбирал труппу театра по определённым человеческим качествам. Мы были братьями и сестрами, у нас был удивительный театр, где каждый артист звучал как особый музыкальный инструмент. Мы жили в театре, играли по три спектакля в день. Мы света белого не видели, но другого нам было не нужно. К любой роли, независимо от ее величины, мы относились с огромной ответственностью. С экспериментальной сцены на Пятом этаже я не выходила: сделали работу с Наташей Патраковой — "Последний срок" по Валентину Распутину, Корогодский тут же, увидев в нас другую грань, дал роли в репертуарном спектакле. С Сергеем Жуковичем сыграли спектакль "Анна на шее" и получили первую премию в городе за самостоятельную работу. Сцена Пятого этажа позволяла артистам искать и открывать в себе что-то новое.

Надежда Александровна, назовите ваших любимых писателей?


Семен Спивак рассказал, о чем думают и говорят животные

Надежда Шумилова: Любимый — Достоевский. Люблю не меньше Грина, Куприна, Бунина, Астафьева. Моя бы воля, я всю жизнь играла бы одного Достоевского, я очень хорошо чувствую его героинь. В нашем театре я сыграла одну роль по Достоевскому — мать Подростка.


И в театре, и в кино у вас очень много образов матерей. Как вы думаете, с чем это связано?

Надежда Шумилова: Наверное, во мне есть то, что русские люди связывают с образом матери: самоотреченность, доброта, теплота. У меня славянская внешность, чисто русский характер — раньше на Ленфильме про меня говорили — русская актриса. Плюс ко всему я и в жизни хорошая мать, теперь хорошая бабушка, наверное, это взаимосвязано.

Как вы считаете, театр и кино — два совершенно разных вида искусства?

Надежда Шумилова: В кино многое зависит от режиссера, оператора, монтажера. В кино работа над ролью занимает очень короткий период, а сейчас и его совсем нет: тебе присылают сценарий, и ты в кадре должен быть во всеоружии. В театре — другое: когда ты работаешь над ролью, она заполняет тебя всю: ты засыпаешь и просыпаешься с ролью, над которой работаешь.

У вас около 50 работ в кино. Чем вас обогатило киноискусство?

Надежда Шумилова: Кино всегда шло параллельно театру, и я очень ему благодарна. Мне приятна камерная обстановка в кино, где существуешь только ты, партнер и камера. Желательно, чтобы за ней сидел хороший оператор. Когда в 90-е в театре было безвременье, кино меня спасало — актер должен иметь возможность играть.


Нина Аловерт: "В Петербург прилетаю, чтобы повидать друзей"


Какими качествами должен обладать артист?

Надежда Шумилова: Должно быть чувство сострадания и сопереживания. Когда мне предлагают роль, я всегда ищу болевую точку, смотрю, что меня может ранить, задеть. Потом, конечно, должна быть воля: актёрская профессия — очень тяжелая, нужно не раскисать.

Встречи с какими людьми оказали на вас мощное влияние?

Надежда Шумилова: Судьба благосклонно свела меня с целой плеядой великих бессмертных "стариков": это и Александр Володин, с которым я репетировала новеллу "Все наши комплексы", работая над спектаклем "На два голоса", и Вацлав Дворжецкий, и Владимир Кашпур, и Любовь Соколова, и Олег Жаков, и Григорий Горин, с которым мы репетировали "Нет, я не Байрон", и кинорежиссер Виктор Трегубович. И, наконец, моя самая большая любовь — Георгий Жженов, с которым мы ездили от Госкино в Северную Корею и потом уже не расставались до самой его смерти. Они все живут в моем сердце.

Надежда Александровна, кого вы можете назвать своим режиссером?

Надежда Шумилова: Конечно, Корогодского. Он незримо присутствует во всем, что я делаю. Вернее, я стараюсь, чтобы он всегда был со мной. Из нынешних — это В. Туманов, с котором возникает искра сотворчества.

Репетиции с Дмитрием Волкостреловым в спектакле "Танец Дели" были работой на сопротивление?


Надежда Шумилова: В спектакле "Танец Дели" используется неклассический жанр, все сосредоточено на тексте. Мне долго не удавалось добиться поставленной режиссерской задачи — у меня совсем иная актерская школа. Спектакль рассчитан на современное поколение. Сейчас молодые люди общаются, словно с помощью азбуки Морзе, поэтому они с легкостью воспринимают язык Ивана Вырыпаева, он близок им.

Недавно я ходила на спектакль "Снежная королева", где вы играете Атаманшу — маму маленькой Разбойницы. Ребята наслаждались спектаклем. Как вы считаете, в чем его удача?


Театр Комедии имени Акимова поставил пьесу Шукшина

Надежда Шумилова: В искренности и любви. Роль Атаманши — неожиданное для меня приглашение, и я благодарна режиссеру Антонине Введенской за то, что у меня есть возможность сыграть что-то несвойственное мне, похулиганить. Зритель восторженно принимает спектакль. Когда мы последний раз играли "Снежную королеву" на поклоне ко мне подбежала девочка и говорит: "Мы ставили "Снежную королеву" в школе, и я играла вашу роль". Это было так трогательно! Понимание, что ты нужен, греет душу. Недавно Николай Иванов принес мне благодарное письмо аж из Комсомольска-на-Амуре. Его написала поклонница советского кино и попросила наши автографы. Приятно, что кому- то мы можем приносить радость.


Надежда Александровна, расскажите о ваших партнерах по сцене.

Надежда Шумилова: Вся жизнь прожита вместе с тринадцатью актерами нашего поколения, которые работают в театре. Даже не разговаривая друг с другом, мы по дыханию можем понять, что с кем происходит. На сцене мы замечательно чувствуем друг друга, нам легко. Счастье, что в этом возрасте у нас есть работа, и мы востребованы.

Какие спектакли вам хочется видеть на сцене ТЮЗа?

Надежда Шумилова: В театре и в жизни не хватает положительного героя — только красота и добро спасет мир. Когда-то я снималась в Афганистане, в первом российско-афганском фильме. Возьмите судьбу мальчиков, которые там воевали, как много достойных людей среди них. Недавно, мой муж нашел в архивах документы, за что мой папа получил орден Красной звезды. Оказывается, в 17 лет он, окончив курсы танкистов, пошел на фронт, и, когда убили командира танковой роты, взял командование на себя, и они прорвались. Вот это — характер. Вот они герои, про которых нужно писать, играть, снимать и ставить.

Как вы считаете, чем ценен театр?

Надежда Шумилова: Эманацией — в кино этого не увидишь. Между актером и зрителем возникает связь — здесь и сейчас. Поэтому надо играть с полной отдачей — нельзя халтурить. Меня на съемках спросила одна актриса: "Вы не боитесь за свое давление?" Чего тут бояться? Это такая профессия — нужно играть до конца, не жалея себя. Самое ценное в театре — жизнь человеческого духа, кинолента видения и эмоции, возникающие во время спектакля.

Лучшая зрительская оценка — это?



Театр из ЛНР показал премьеру "Отцы и дети" на фестивале в Йошкар-Оле

Надежда Шумилова: Когда зрители смотрят на тебя, а в зале повисает тишина или раздается искренний смех. Дети — самый благодарный зритель. Нужно делать спектакли для подрастающего поколения. Корогодский поднял театр. Нас знали в лицо, очереди за билетами были от Владимирской площади, а зал переполнен. В то время в Ленинграде было 2 театра — ТЮЗ и БДТ. Мы объехали многие страны, когда другие театры никуда еще не выезжали. Но я думаю, что за наш театр мы можем быть спокойны: мы еще свое возьмем и уже берем. Ведь у руля театра талантливый, сильный, глубоко порядочный во всех отношениях человек — Светлана Васильевна Лаврецова, которая беззаветно любит театр и людей, которые в нем работают, несмотря ни на что сохраняет традиции театра, отвоевывает его статус, оберегает судьбы актеров разных поколений, сохраняя их истинную значимость.

В чем заключается миссия вашего театра?

Надежда Шумилова: Театр должен воспитывать. С рождением внучки я поняла, как хорошо, что я работаю в ТЮЗе, как для них сладко играть — они же еще неиспорченные, удивительные, чистые создания, и в наших силах вложить в них все самое светлое. Важно не упустить момент. Детей надо просто любить — нужно развернуться лицом к детству. Что они переживают? А как они видят мир? Чем мы потом покрываемся, какой коростой, что не видим, не слышим ничего, что чувствовали в детстве? Я всегда помню слова основателя нашего театра, Александра Александровича Брянцева, который говорил о том, что для детей нужно играть так же, как для взрослых, только лучше…


источник: rg.ru


Похожие посты

Более 250 исторических фотографий ВДНХ появились в «МЭШ»

Avtor

Мемориал в честь полицейской собаки установили в Костроме

Avtor

Телешоу «Дом-2» снова переедет

Avtor
Adblock
detector