Культура

«Я лечу над Россией…»

В финале первого отделения своего юбилейного концерта Александра Андреевна Пермякова вышла из партера на сцену Зала им. Чайковского и словно лебедь медленно и величаво поплыла по подмосткам… Понимаю всю литературную рискованность этого описания, которое наверняка вызовет ироническую реакцию коллег и читателей. Но, поверьте, по-другому, не используя этих, казалось бы, банальных слов, и не скажешь. Все было именно так, как написано, — именно «словно лебедь» и, безусловно, «поплыла».

Она научилась этому движению много лет назад, не зря с 1971 года служит в Хоре имени Пятницкого, куда пришла совсем девчонкой, пройдя сумасшедший конкурс. Он был не меньше того, что выдержала Людмила Зыкина в 1947 году, когда на одно место было 1500 претендентов. Имя Зыкиной возникло вовсе не случайно. И не только потому, что Людмила Георгиевна в конце сороковых годов прошлого века была солисткой в Хоре им.


тницкого. Артисты Ансамбля «Россия», созданного Зыкиной в 1977 году, не могли не поздравить Александру Пермякову, с которой великую певицу связывала долгая человеческая и творческая дружба. «Я лечу над Россией…» Пономаренко и Левицкого была одной из самых любимых в репертуаре Зыкиной, — и эта песня в юбилейном концерте Пермяковой объединила на сцене всех разом. Артисты ансамбля «Россия», Хора им. Пятницкого и юные исполнители из детского коллектива, где тон задавала внучка юбилярши, от распевной лирики рванули в пляску, которая всколыхнула весь зал.

Митрофан Ефимович учился пению у итальянца, но посвятил себя русскому фольклору

И в очередной раз нельзя было не изумиться тому, какой мощью, какой силой и свежестью обладает подлинно народное искусство, способное выдержать любые идеологические и эстетические атаки. Если находятся люди, которые знают, как им противостоять.


Депутаты вступились за воспитательницу, уволенную из-за "Конька-горбунка"

У Хора им. Пятницкого, при всем блеске его парадной истории, была вовсе не простая творческая судьба. Как известно, Митрофан Ефимович Пятницкий, девятый сын в семье священника из деревни Александровка Воронежской губернии, обладающий чудесным голосом, в 1899 году поселился в Москве, где работал делопроизводителем в больнице. Он поступил в Московскую консерваторию, учился итальянскому пению у знаменитого Камилло Эверарди, но в конце концов посвятил жизнь русскому музыкальному фольклору.


1903 году он стал членом музыкально-этнографической комиссии при Императорском обществе любителей естествознания, в 1904 году выпустил сборник «12 русских народных песен. (Воронежской губернии Бобровского уезда)». Собрав 14 хористов из крестьян, Митрофан Ефимович представил в Москве в Малом зале Благородного собрания 12 марта 1911 года концертную программу, состоявшую из трех частей: «хоровые песни с сопровождением», «былины и исторические песни», «причитания и плачи». Концерт вызвав благосклонные отклики Рахманинова, Шаляпина, Бунина. В это время к русскому фольклору обращаются живописцы, поэты, композиторы — от Есенина до Стравинского, так что понятно, почему затея Пятницкого имела такой успех.

После революции Ленин, услышав Хор Пятницкого на концерте для курсантов во время встречи в Кремле, обещал поддержку народному коллективу. Но и это не спасло коллектив в конце 20-х годов, уже после смерти его основателя. Критики «кулацкого хора» в период коллективизации и индустриализации грозили ему всеми страшными карами. Сохранить детище Пятницкого сумел замечательный композитор Захаров, который хорошо знал не только русский фольклор, но и большевистские правила выживания. Хор им. Пятницкого запел новые советские песни, прославляющие колхозное строительство и ударников первых пятилеток. Среди них было немало по-настоящему талантливых, но авторские композиции потеснили тот уникальный почвенный народный мелос, который предъявил миру Пятницкий.


После того, как в 1938 году была организована танцевальная группа, которую возглавила Устинова (автор знаменитого «воронежского шага»), и создан уникальный оркестр народных инструментов во главе с Хватовым, Хор им. Пятницкого обрел несравнимую ни с кем профессиональную стать. Его творческими лидерами долгое время были талантливые композиторы, которые приумножили дело Захарова. Коваль и Левашов были прежде всего авторами, создававшими свои неповторимые произведения, которые многие слушатели воспринимали как подлинно народные песни. Они привлекали к сотрудничеству с хором и других композиторов, которые обладали даром подобного сочинительства.

От вольной мощи народного искусства захватывает дух и хочется лететь над Россией

Известна история с песней Яна Френкеля «Калина красная», мотив которой использовал в одноименной симфонической поэме гениальный дирижер и композитор Евгений Светланов, он был уверен, что у нее нет автора. Авторская песня, даже при том, что ее создавали выдающиеся мастера, неизбежно сближала народное искусство с эстрадой. Неслучайно в культурном обиходе появились вполне успешные коллективы, которые лишь эксплуатировали внешние приметы национальной стилистики, по существу не имея никакого отношения к подлинной национальной традиции.


Как удмуртская писательница прославила фольклор родного села


Александра Пермякова возглавила Хор им. Пятницкого в 1989 году. Это было трудное время. Казалось, что страна перестала нуждаться в народном искусстве. Оно исчезло из радио и телевизионного эфира. После распада СССР было множество других, как казалось, более насущных проблем. И именно в это время руководство хора нашло единственно верное решение — вернуться к традиции своего основателя. Со всей страны стали собирать талантливую молодежь, которая генетически хранила музыкальную память русского народа. Пермякова не отказалась от опыта предшественников, но вернула на сцену вольную мощь народного искусства, при встрече с которым захватывает дух и хочется лететь над Россией, «словно в сказочном сне».

Александра Андреевна бесспорно имеет право на этот полет.

источник: rg.ru


Похожие посты

В Канаде скончался джазовый певец Леон Редбоун

Avtor

Утраты года: кого мы потеряли в 2018 году

Avtor

Фестиваль «Спасская башня» открылся в Москве

Avtor
Adblock
detector