Образование

Философия софистов — Студопедия

Философия софистов появляется в очень интересный период в истории Греции. Это эпоха господства так называемой античной демократии, когда судьбы городов-государств часто решались на площадях. Древнегреческие полисы – специфические республики со своим автономным управлением – включали в себя жителей главного города и близлежащей сельской местности. Во время решения важных для государства проблем жители приходили на народные собрания. Огромную роль играли суды, где нужно было отстаивать свою точку зрения. Умение красиво и убедительно говорить, а также вести за собой других людей, сделалось очень важным и насущным. Именно в подобных условиях и появляются учителя жизни и мудрости.Философия софистов

Софисты, философия (кратко) и происхождение термина

Само это название традиционно для греческого дискурса того времени.


даром термин «философия» означает любовь к мудрости. Но что характерно именно для этой школы? Само название не ново. В древнегреческом языке словом «софистес» определяли людей, досконально знающих и умеющих что-либо делать. Так могли назвать и художника, и хорошего мастера, и мудреца. Одним словом, знатока. Но с пятого века до нашей эры этот термин сделался одной из основных характеристик явления, известного нам как античная философия. Софисты были знатоками риторики.

Смысл обучения

Умение говорить убедительно — это одно из главных искусств античной демократии, жизненно важных для того, чтобы сделать общественную карьеру. Развитие навыка логически и правильно излагать свои мысли становится основой образования, особенно для будущих политиков. А на первый план выходит красноречие, которое стало считаться царицей искусств. Ведь то, в какую оболочку вы облекаете свои слова, часто служит причиной вашего успеха. Таким образом, софисты стали учителями тех, кто желал правильно мыслить, говорить и делать. Они искали состоятельных юношей, желавших далеко пойти в политическом смысле или сделать иную сногсшибательную гражданскую карьеру.Античная философия софисты

Характеристика

Поскольку риторика и красноречие были очень востребованы в обществе, то эти новомодные мудрецы стали брать плату за свои услуги, что отражено в исторических источниках.


оригинальность состоит также в том, что философия софистов практически отказалась от религиозных обоснований своих положений. Да и к чему они им были? Ведь софисты – это практики, обучающие политиков. Кроме того, они заложили определенные основы современной культуры. Например, следя за правильностью красноречия, они разработали нормы литературного греческого языка. Эти мудрецы по-новому поставили вопросы, которыми издавна задавалась античная философия. Софисты также иначе взглянули на многие проблемы, которых раньше не замечали. Что такое человек, общество, знание вообще? Насколько абсолютны наши представления о мире и природе, да и возможно ли это вообще?Проблема человека в философии софистов

Старшие

Софистов, как явление в истории мысли, принято делить на две группы. Первая — это так называемые «старшие». Именно к ним относятся все основные достижения, приписываемые данному философскому направлению. «Старшие» были современниками многих других великих мудрецов. Они жили во времена пифагорейца Филолая, представителей Элеатской школы Зенона и Мелисса, натурфилософов Эмпедокла, Анаксагора и Левкиппа. Они представляли собой скорее набор методик, а не какую-то единую школу или же течение. Если попытаться охарактеризовать их в целом, то можно увидеть, что они являются наследниками натуралистов, поскольку пытаются объяснить все существующее рациональными причинами, указать на относительность всех вещей, понятий и феноменов, а также поставить под вопрос основы современной им морали. Философия софистов старшего поколения разрабатывалась Протагором, Горгием, Гиппием, Продиком, Антифонтом и Ксениадом. О самом интересном мы попробуем рассказать подробнее.


Софисты философия кратко

Протагор

Об этом философе известно больше всего. Мы даже знаем годы его жизни. По некоторым сведениям, он родился в 481 году до нашей эры, а умер в 411. Он родился в торговом городе Абдеры и был учеником знаменитого Демокрита. Мышление последнего оказало значительное влияние на Протагора. Учение об атомах и пустоте, а также множественности миров, постоянно гибнущих и возникающих вновь, он развил в идею об относительности вещей. Философия софистов с тех пор стала символом релятивизма. Материя преходяща и постоянно изменяется, и если что-то гибнет, то иное приходит на его место. Таков наш мир, утверждал Протагор. Так и со знанием. Всякому понятию можно дать противоположное толкование. Известно также, что Протагор был автором атеистического сочинения «О богах». Оно было сожжено, а сам философ обречен на изгнание.

«Младшие»

Этих мудрецов очень не любила классическая античная философия. Софисты представали в изображении ее мэтров хитрыми лжецами.


aquo;Учителя мнимой мудрости», — отзывался о них Аристотель. Среди этих философов можно назвать такие имена, как Алкидам, Трасимах, Критий, Калликл. Они исповедовали крайний релятивизм и пришли к выводу о том, что понятия добра и зла практически не отличаются друг от друга. То, что может быть хорошим для одного человека, плохо для другого. Кроме того, людские установления очень сильно отличаются от природных законов. Если последние незыблемы, то первые сильно разнятся, в зависимости от этноса и культуры, и являются чем-то вроде соглашения. Поэтому наши представления о справедливости часто проявляются в господстве права сильного. Мы делаем людей рабами, но ведь все люди рождаются свободными. История оценила по достоинству их учение. Например, Гегель заявил, что эти мудрецы много сделали для рождения диалектики.Классическая античная философия софисты

О человеке

Еще Протагор объявил, что люди являются мерилом всего. Того, что существует, и того, чего нет. Потому что все, что мы говорим об истине – это всего лишь чье-то мнение. Проблема человека в философии софистов предстала именно как открытие субъективности. Похожие тезисы развивал и Горгий. Этот мудрец был учеником Эмпедокла. По данным античного автора Секста Эмпирика, Горгий выдвинул три положения. Первое из них было посвящено тому, что ничего не существует на самом деле. Второе гласило, что если что-то и есть в реальности, то познать его невозможно. А третье было итогом первых двух. Если мы смогли доказать, что нечто существует, и его можно познать, то передать наше представление о нем в точности совсем нельзя. «Учителя мудрости» объявили себя космополитами, поскольку считали, что родина человека там, где ему лучше всего. Поэтому их часто обвиняли в отсутствии местечкового полисного патриотизма.


Философия софистов и сократа

О религии

Софисты были известны насмешками над верой в богов и критическим отношением к ним. Протагор, как уже было сказано выше, не знал, действительно ли существуют высшие силы. «Вопрос этот для меня неясен, — писал он, — а человеческой жизни не хватит, чтобы его до конца исследовать». А представитель «младшего» поколения софистов Критий получил прозвище безбожника. В своем труде «Сизиф» он объявляет всякую религию выдумкой, которой пользуются хитрецы, чтобы навязать глупцам свои законы. Мораль вовсе не установлена богами, а фиксируется людьми. Если человек знает, что за ним никто не следит, он с легкостью нарушает все установленные нормы. Философия софистов и Сократа, который тоже критиковал общественные нравы и религию, часто воспринималась не очень образованной публикой как одно и то же. Недаром Аристофан написал комедию, в которой высмеивал учителя Платона, приписывая ему несвойственные взгляды.

Античная философия, софисты и Сократ


Эти мудрецы сделались объектом насмешек и критики со стороны современников. Одним из самых резких противников софистов был Сократ. Он расходился с ними в вопросах о вере в Бога и добродетелях. Он полагал, что дискуссия существует для поисков истины, а не для того, чтобы продемонстрировать красоту аргументов, что термины должны определять сущность вещей, а не просто быть красивыми словами, значащими то одно, то другое. Кроме того, Сократ был сторонниками абсолютности добра и зла. Последнее, по его мнению, происходит исключительно от незнания. Философия софистов и Сократа имеет, таким образом, и схожие черты, и различия. Они были противниками, но в чем-то и союзниками. Если Гегель считал, что «учителя мудрости» сделали многое для основания диалектики, то Сократ признается ее «отцом». Софисты обратили внимание на субъективность истины. Сократ же счел, что последняя рождается в спорах.Античная философия софисты и сократ

Во что превратились софисты

Можно сказать, что все эти разнородные течения создали предпосылки для развития многих последующих феноменов в человеческом мировоззрении. Например, из вышеописанных размышлений о субъективности и влиянии мнения личности на восприятие истины родилась антропологическая философия.


фисты и Сократ стояли у ее истоков. Собственно говоря, даже общественное неприятие, ударившее по ним, имело одну природу. Афинская публика того времени была не очень хорошо настроена по отношению к интеллектуалам и пыталась все уравнивать на вкус толпы. Однако постепенно из учения софистов стала исчезать собственно мудрость. Они все больше упражнялись не в философии, а в умении одинаково хорошо аргументировать разные точки зрения. Их школы сделались литературными кружками, где оттачивали свое красноречие литераторы, а не политики. Софизм как явление угас окончательно после эпохи Аристотеля, хотя в истории были попытки возродить его, в том числе и в древнем Риме. Но эти потуги превращались в чисто интеллектуальные игры богатых людей и не имели ни популярности, ни будущего. Наше современное понимание слова «софизм» исходит именно из этого позднего явления, которое было фактически выхолощено и утратило привлекательность, свойственную его основателям.

СОФИСТЫ

СОФИСТЫ (?? ????????), под этим именем в историю философской мысли вошли интеллектуалы, игравшие активную роль в общественной и культурной жизни Древней Греции сер. 5 — нач. 4 вв. до н. э. Несмотря на отсутствие в их деятельности организационного единства, различие научных и литературных интересов, расхождения в философских и политических воззрениях, заметны типичные черты, позволяющие говорить о «софистическом движении».     Единство софистики проявляется внешне в самом характере их профессиональной деятельности, представлявшей собой новое явление в греческой культурной жизни — преподавание юношам, уже получившим школьное образование, риторики, а также ряда других дисциплин, как гуманитарных, так и точных, ориентированное в первую очередь на подготовку к политической деятельности.


все области занятий софистов имели прямое отношение к преподаванию, их выступления и сочинения были рассчитаны на достаточно большую аудиторию, а само движение отличал не только педагогический, но и просветитительский характер.     Педагогическая деятельность софистов как интеллектуалов-эрудитов оказалась возможна благодаря уникальной широте нового образовательного идеала, утвердившегося в это время среди верхушки общества. Софисты обещали научить умению «хорошо говорить», что подразумевало ораторское мастерство и связанную с ним эрудицию в области истории, государственного устройства и права, а также научить «добродетели», предполагавшей этические и практические качества совершенного гражданина и политика, но, вместе с тем, широкий круг знаний, выходящих далеко за рамки необходимого для политической деятельности (в т. ч. философию и математику).     Кроме того, софистов объединяет и новая ориентация теоретических интересов. Если предшественники софистов досократики ставили на первое место изучение «природы» в широком смысле, от космологических пер-вопринципов до физиологии живых существ, то для софистов центральное значение приобретают этика и политическая теория, а в области эпистемологии, с утратой интереса к физико-онтологической проблематике, основное внимание уделяется конфликтующим представлениям, опирающимся на данные чувственного восприятия и обыденного опыта.

зические процессы, лежащие в их основе, представляли для софистов второстепенный интерес или прямо рассматривались ими как непостижимые.     Значение софистики для истории философской мысли состоит в открытии для критического обсуждения новых тем, которые сегодня относятся к эпистемологии, философии языка, этики, социологии и политической теории: достоверность чувственных представлений и суждений разума, а также их выражение в языке, относительность истины применительно к различным субъектам, обстоятельствам места и времени, этническим особенностям, соотношение универсальных принципов и норм, устанавливаемых людьми в области этики, языка, общественных институтов, критерии выбора в нравственной области (влияние удовольствия на поведение, характер утилитарного расчета в выборе поступков), принципы, на которых основана общественная жизнь, и мотивы, приведшие к возникновению общества, сущность богов и происхождение религии.     Развитие значения слова «софист». Нет свидетельств того, что уже в эпоху расцвета софистического движения слово ???????? («софист») служило устойчивым обозначением или самоназванием представителей какого-то определенного типа интеллектуальных занятий в противоположность остальным.

ществительное ???????? образовано от глагола ????????? («проявлять мастерство», «заниматься каким-либо искусством»); первоначально (впервые встречается у Пиндара) относилось к поэтам, рапсодам и музыкантам, но со 2-й пол. 5 в. так начинают называть людей, обладающих мудростью в самом широком смысле, в первую очередь жизненно-практического характера (Hdt. 129, 1 : Семь мудрецов), но также и религиозной (II49, 1) и в отдельных случаях, возможно, философской и научной (IV 95, 2: Пифагор). Слово «софист» в широком положительном смысле («мудрец») часто встречается и в позднейшее время. Параллельно с этим в ряде случаев ???????? (вместе с родственными ему ????????? и ???????) приобретает специфический оттенок изобретательности, практической ловкости, хитрости, которому может сопутствовать как положительная, так и отрицательная оценка говорящего. Приблизительно с 20-х годов 5 в. до н. э. вся эта группа слов (отражая негативную реакцию части общества на общественное значение интеллектуалов, роль и усиление значения техники аргументации в различных сферах) начинает употребляться для обозначения бесплодного мудрствования, а также формально изощренных, но пустых или лживых речей. Тогда же появляются первые примеры ???????? как бранной клички современных интеллектуалов (наиболее яркие примеры см. в «Облаках» Аристофана).     К началу 4 в. в произведениях риторов и софистов (Исократ, Алкидамант, трактат «Двоякиеречи») появляются первые примеры более узкого значения ???????? как профессионального наставника «добродетели и мудрости», в первую очередь под этим понимаются преподаватели риторики (но также и писатели вообще, и очень редко — софисты прошлого, Протагор и др.). Напротив, в сочинениях Платона ???????? последовательно используется для обозначения софистов прошлого (Протагора, Продика и др.) и подразумевает деятельность, резко отличную от деятельности Сократа, а также философов в целом. В кругу последователей Сократа слово ???????? приобретает те аспекты значения, с которыми оно устойчиво связано впоследствии: претензии на обладание мудростью и взимание платы за обучение ею в противоположность сократовскому незнанию и готовности бескорыстно исследовать вопрос с любым собеседником, использование логически сомнительных аргументов ради победы в споре, а не ради поиска истины. Два аспекта значения слова ???????? — получение платы за обучение и использование сомнительной аргументации — в дальнейшем подразумеваются в первую очередь, когда слово употребляется в расширительном и негативном значении, в т. ч. и в полемике философов между собой.     С конца 4 в. ???????? наряду с негативным употреблением приобретает также техническое значение «преподаватель эпидейктического (тор-жествен-ного) красноречия», ориентированного на художественные задачи, в противоположность политической и судебной риторике. С расцветом эпидейктической риторики во 2-й пол. 1-3 в. н. э. слово ????????, почти вышедшее из употребления в конце эллинизма, становится вновь весьма распространенным. Риторы этого времени, делавшие главный упор на формальной отделке речей, односторонне представляли софистов 5-4 вв. до н. э. в качестве своих предшественников (в науке это литературное направление, представленное риторикой и связанными с ней художественными жанрами, получило название «Второй софистики»; впервые это выражение встречается в сочинении Флавия Филострата «Жизнеописания софистов»).     Источники изучения. Сочинения всех видных представителей софистического движения дошли до нас в виде немногочисленных фрагментов, как правило представляющих собой цитаты у позднейших авторов (целиком дошли лишь речи Горгия, Антифонта и Алкидаманта, из которых только речи Горгия представляют историко-философский интерес). Общие черты учений софистов и характер движения в целом восстанавливаются благодаря произведениям Платона, Ксенофонта, Аристотеля и др. авторов, которые существенно дополняют сведения, основанные на подлинных фрагментах, но требуют критического отношения. Фрагменты соч. софистов собраны в 3-м томе «Фрагментов досократиков» Дильса-Кранца (DK), где опубликованы также два анонимных сочинения, отражающих типичную для софистов проблематику: «Двоякие речи» (DK90), трактат, написанный вскоре после окончания Пелопоннесской войны; и «Аноним Ямвлиха» (DK89), софистическое рассуждение 5-4 вв. до н. э., посвященное соотношению «закона» и «природы», которое включил в свой «Протрептик» неоплатоник Ямвлих.     Влияние идей софистов и их развитие обнаруживается в различных произведениях др.-греч. литературы 2-й пол. 5-4 вв. (особенно важны «История» Фукидида и драмы Еврипида, а также некоторые сочинения Гиппократовского корпуса: «Об искусстве», содержащем защиту медицины от нападок ее врагов, а также «О дыхании»; учения софистов и Демокрита о развитии цивилизации развиваются в трактате «О древней медицине» применительно к медицинскому знанию, а рассуждение о медицинском методе, основанном на опыте, перекликается с идеями софистов в отрицании значения натурфилософских теорий для медицинского знания).     Основные представители. Ниже приведены те, кто фигурируют как софисты главным образом в произведениях Платона и Ксенофонта, — главным основанием для характеристики того или иного деятеля как «софиста» для них было преподавание «добродетели» или риторики. Отделить софистов, занимавшихся в той или иной степени философскими проблемами специально, от тех, кто затрагивал их только в связи с риторикой, не всегда позволяют наши источники.     Наиболее значительные профессиональные преподаватели: Протагор, Продик, Гиггпий, Горгий, Антифонт; второстепенные: Ксениад из Коринфа; Кратил из Афин; Ликофрон; братья Дионисиодор и Евтидем, которые, согласно платоновскому «Евтидему», были изгнаны из Фурий и преподавали в Афинах эристику, искусство опровержения любого ответа на заданный вопрос; сохранились свидетельства об их эпистемологических воззрениях, имеющих отчасти скептический, а отчасти релятивистский характер (Plat. Crat. 386d; Euthyd. 284c; Sext. Adv. math VII 64); Фрасимах, видный оратор и преподаватель риторики; Алкидамант из Элаи, ученик Горгия. В известной мере близок к софистам Дамон, преподаватель музыки и политический советник Перикла. К софистике как интеллектуальному движению относятся, в силу затрагиваемой ими тематики, и некоторые писатели и политические деятели: Критий, Калликл из Афин, известный как персонаж платоновского «Горгия», где он представлен как защитник учения о естественном праве сильнейшего на власть, а также Диагор Мелосский, поэт, автор сочинения, в котором отрицалось существование богов.     Хронологические и географические рамки. Старший по возрасту из софистов, Протагор, стал преподавать с нач. 50-х годов 5 в., а заметный резонанс деятельность софистов приобретает с сер. 40-х (Протагор составляет законы для общегреческой колонии Фурии, выведенной в Южн. Италию в 443; Горгий публикует сочинение «О природе» в 444-441), в первую очередь в Афинах, благодаря наиболее последовательной демократизации государственного строя (реформа Эфиальта) и усилению в связи с этим значения ораторского искусства, общему культурному подъему, атмосфере свободомыслия, царившей в эти самые благополучные для афинской демократии годы. Судя по указанию в платоновском «Протагоре» (310е), действие которого приурочено к 432, Протагор, Продик и Гиппий были на вершине популярности в Афинах в конце 30-х годов. Сходное впечатление, что софисты становятся ведущей интеллектуальной силой в Афинах накануне Пелопоннесской войны, создается из вступительной беседы в «Гиппии Большем» (281с; 282е — 283Ь). Горгий, впервые посетивший Афины только в 427 с леонтинским посольством, сразу приобрел огромную популярность своими речами.     Софисты отличались склонностью к переездам из города в город, необычной даже на фоне высокой горизонтальной мобильности деятелей культуры в Древней Греции. Ни один из выдающихся софистов не жил в Афинах постоянно, но Продик, очевидно, преподавал здесь в течение более длительного времени, чем все остальные. Влияние знаменитых софистов в Афинах было значительным также благодаря распространению их сочинений. Некоторые из менее значительных софистов преподавали здесь постоянно (Фрасимах, Антифонт, возможно, ученики Горгия). Интерес к ним был весьма велик даже в культурно отсталых государствах: Горгий жил в течение длительного времени в Фессалии, Продик выступал в Беотии и Спарте, Гиппий читал в Спарте лекции антикварно-исторического характера); он же заработал более 20 мин своими выступлениями в небольшом сицилийском городке Инике. В большинстве случаев подобные визиты в периферийные в культурном отношении полисы сводились к кратковременным или даже однократным выступлениям перед широкой аудиторией. Подвижность софистов объясняется не только повсеместным интересом к их красноречию, эрудиции и оригинальным идеям, но и в том, что число слушателей их курсов, за исключением риторики, не было достаточным для постоянного преподавания даже в Афинах. Кроме того, софисты обучали дисциплинам, в которых объем знаний был сравнительно небольшим (только что возникшая риторика, элементы грамматики, сведения по политической теории), укладывался в компактные курсы и требовал частого обновления слушателей.     Признание, которым пользовались софисты как в родных полисах, так и за их пределами, выражалось, в частности, в том, что они выполняли важные дипломатические миссии: Горгий в качестве посла Леонтин сумел привлечь Афины к военному союзу против Сиракуз, Продик и Гиппий неоднократно выполняли сходные поручения своих собственных государств. Оборотной стороной широкого общественного резонанса было враждебное отношение к софистам представителей консервативных воззрений разной политической окраски (Plat. Apol. 33c-34b; Protag. 316d; Men. 91a-92e, более ранним свидетельством являются «Облака» Аристофана, в которых в образе Сократа карикатурно соединяются его собственные черты с элементами, типичными для натурфилософов и софистов). Имеются и сведения о прямых гонениях против отдельных софистов в Афинах, а также в других полисах. Протагор был обвинен в нечестии за высказывание, что он не может ни утверждать, ни отрицать существование богов; слушателей Горгия в Аргосе подвергли штрафу. Эти гонения стоят в одном ряду с нападками консерваторов на интеллектуалов различных убеждений, жертвами которых в разное время были Анаксагор, Еврипид и Сократ, и не являются проявлением враждебности, направленной исключительно против софистов.     Цели, формы и методы преподавания. Преподавание софистов было рассчитано на состоятельных подростков и юношей, начиная приблизительно с 15 лет, и представляло собой отчасти преподавание уже знакомых дисциплин на более высоком уровне (изучение литературы и иногда музыки), отчасти же новых. Софисты провозглашали в качестве общей цели воспитание «добродетели», ????? (Diss. log. 6, 7; Plat. Apol. 20ab, Protag. 318e, Men. 9lab, Euthyd. 273d; Soph. 223a). Хотя некоторые из них (Евтидем и Дионисиодор) сводили понятие ????? к способности искусно рассуждать и тем самым добиваться практического успеха, в целом софисты понимали добродетель весьма широко — как совокупность нравственных качеств и интеллектуальных способностей, соответствующих общепринятому идеалу человека и гражданина и гарантирующих в силу этого успех на политическом поприще. В соответствии с типичной для этого времени склонностью преувеличивать значение интеллектуальных факторов в поведении, как этические, так и интеллектуальные аспекты «добродетели» рассматривались в равной степени как результат обучения. Так, Протагор ставит своей целью обучить воспитанников благоразумию, позволяющему успешно управлять домашними делами и достичь в политической жизни наибольшего могущества в речах и делах (Plat. Prot. 318е, ср. Resp. 600de).     Риторика, которую преподавали все С, была связана с политической ориентацией их образовательной деятельности. Горгий, занимавший особое место среди софистов, подчеркивал, что учит не добродетели, а ораторскому искусству (Мепо 95с), и преподавал, очевидно только риторику. Остальные софисты учили различным дисциплинам, в той или иной степени связанным с потребностями политической практики или красноречия, однако нередко направленным только на расширение интеллектуального кругозора. Так, Гиппий преподавал астрономию, арифметику, геометрию и музыку, различные предметы исторического и филологического характера. Филологическими дисциплинами занимались многие софисты, затрагивая при этом и теорию языка: учение о правильности имен: «орфоэпия» и «правильность имен» Протагора, «правильность имен» Продика (различение значений близких по семантике слов). Объяснение поэтов, составлявшее важную часть обучения, служило формальным упражнением в выявлении противоречий (DK80 А 25) Интерес к астрономии, математике, натурфилософским и онтологическим учениям засвидетельствован для многих софистов, однако не всегда можно определить, преподавали ли они эти дисциплины.     Софисты выступали перед широкой аудиторией по торжественным поводам, произносили импровизированные речи, а также отвечали на вопросы присутствующих. Наряду с подобными однократными выступлениями, в кругу постоянных учеников читались курсы лекций, рассчитанные на более подготовленную аудиторию, и велись беседы (Hipp. Mai. 282с о сочетании более популярных и специализированных занятий у Продика; беседы в узком кругу учеников наглядно изображены в «Протагоре», 314е-316а). Некоторые из учеников сопровождали учителя в его переездах из города в город (Protag. 315а; с).     Софистическая риторика. Практически все софисты преподавали риторику как основной предмет и благодаря их деятельности в кон. 5 — нач. 4 вв. появляется множество руководств по ораторскому искусству (?????? ?????, Plat. Phaedr. 266d-267e; Arist. Rhet 1,1354b 16-22). Руководства по риторике не были простыми коллекциями образцовых речей, они содержали и элементы теории: определение ораторского искусства, его целей и методических принципов; суждения о его происхождении (происхождение риторики из опыта в сочинении Пола, ученика Горгия, Plat. Gorg. 462bc, ср. 448с); деление речей на части; детальное различение элементов речи (приведение доказательств, опровержение, разъяснение, хвала, порицание) и их подвидов, показывающее тенденцию к систематическому изучению средств ораторского воздействия и к их дифференциации (Plat. Phaedr. 266d). Протагору и Алкидаманту принадлежали классификации видов высказывания, ориентированные на риторические нужды, но предвосхищавшие грамматическую классификацию типов простых предложений (D. L. IX 53-54).     Для практического обучения использовались образцовые речи, напр., защита и обвинение мифологических персонажей (сохранились «Елена» и «Паламед» Горгия, «Одиссей» Алкидаманта), позволявшие не только демонстрировать технику аргументов, основанных на правдоподобии, но и касаться общих вопросов литературного и философского характера. Дошел отрывок из образцовой политической речи, принадлежащей Фрасимаху и фиктивные судебные речи («Тетралогии» Антифонта). Протагор и Горгий ввели практику трактовки «общих мест», игравшую впоследствии важную роль в риторике (????? = loci communes, DK80 В 6), Горгию принадлежали примеры «осуждений и похвал» (DK82 А 25). Важной стороной преподавания было мнемотехника (в школе Горгия практиковалось заучивание речей целиком, 82 В 14).     В преподавании риторики софисты широко практиковали антитетический принцип, т. е. упражнения в аргументации за и против одного и того же положения. Протагор утверждал, что о любой вещи могут быть высказаны два противоположных утверждения (80 А 1 §51), и он же уделял значительное внимание практике похвал и порицаний одного и того же лица, дал образцы аргументов против различных выдвинутых положений в руководстве по «эристике», т. е. искусству опровержения. По антитетическому принципу (расположенные попарно фиктивные речи тяжущихся сторон) построены «Тетралогии» Антифонта.     По мере развития риторической теории и практики становился яснее ее характер как формальной дисциплины, систематизирующей и совершенствующей приемы аргументации. Были отчетливее проведены границы компетенции риторического искусства: техническим усовершенствование средств (точность и компактность языкового выражения, отбор и представление аргументации, психологическое воздействие на слушателей) для достижения целей, постановка которых не входит в компетенцию самого искусства. Горгий, подчеркивавший, что учит не добродетели, как другие софисты, а ораторскому искусству (Plat. Men. 95с), сделал важный шаг в определении точных границ риторики и ее этической нейтральности как дисциплины. Он же, с одной стороны, указал, что возможность злоупотребления ораторским искусством, как и любым другим знанием, не может служить основанием для обвинений против него в целом, а с другой стороны, подчеркивал, что преподавание риторики в принципе преследует благую цель (Gorg. Hel. 14; Plat. Gorg. 456de; Isoer. Antid. 252).     Использование антитетического принципа в преподавании риторики (наряду с ориентацией на правдоподобие вместо истины) было одной из важнейших причин обвинения софистов в беспринципности. Так, уже Аристофан представил обещание Протагора «сделать более слабый аргумент более сильным» как готовность научить неправую сторону одерживать верх над правой посредством лжи (Nub. 112-115, 889-1114). В действительности у некоторых софистов (Дионисиодор и Евтидем, Plat. Euthyd. 272a-b) преподавание техники опровержения было сопряжено с отрицанием каких-либо критериев выбора между противоречащими друг другу утверждениями, однако большинство из них, включая Протагора (80 А 21а), не высказывались против объективности выбора между справедливым и несправедливым в реальной практике оратора. Упражнения в аргументации за и против какого-либо положения могут служить различным целям, в т. ч. и взвешиванию оснований для суждения, имеющего объективную силу. Формализм софистических упражнений в аргументации, т. е. безразличность содержания отстаиваемых и опровергаемых тезисов, являлся, с одной стороны, естественным следствием самого характера дисциплины, а, с другой имел важное значение и в качестве общего педагогического принципа, и специально для развития формальной логики.     Методы аргументации. Техника аргументации, выработанная софистами, предназначалась в первую очередь для нужд риторики, однако, поскольку их преподавание затрагивало широкий круг вопросов, она получила применение и в новых для философии областях эпистемологии и этико-политического знания. Новшеством софистов является не столько изобретение новых методов аргументации (изощренную технику аргументации продемонстрировал уже Зенон Элейский), сколько их последовательное применение, формализация и преподавание.     Софисты не применяли каких-то специфических методов, которые принципиально отличались бы от философских (паралогизмы, обсуждаемые Аристотелем в «Софистических опровержениях», присущи в равной мере как философам, так и софистам). Так, «эристика», т. е. опровержение любых утверждений, невзирая на их истинность и ложность, не представляла собой какой-либо специфической техники аргументации, но сводилась к использованию различных приемов: использование логических ошибок противника, парадоксальные и заведомо некорректные умозаключения, а также психологические средства, напр., отвлечение внимания противника путем длинных не относящихся к существу дела рассуждений (Plat. Euthyd.; Theaet. 167e).     «Антилогика», которая нередко ассоциируется с софистами в платоновских диалогах, более отчетлива в плане технических приемов: собеседника посредством контраргументации подводят к утверждению, которое противоречит первоначальному, так что он либо вынужден отказаться от первого тезиса, либо признать, что ложными являются как первое, так и последующее положение. Антилогика вместе с тем эпистемологически более нейтральна: ее может использовать и скептик, не верящий в истину в принципе, и человек, убежденный в ложности оспариваемого положения (Plat. Lys. 216а; Resp. 537e-539b; Phaed. 89d — 90c) К этому второму варианту антилогики близок метод опровержения, используемый Сократом.     В платоновских диалогах методом подведения собеседника к противоречию при помощи вопросов и ответов пользуется исключительно Сократ, а старшие софисты (Протагор, Гиппий и Горгий) предпочитают связные, более или менее длинные рассуждения. Однако софисты Дионисиодор и Евтидем в изображении Платона («Евтидем»), пользуются техникой опровержения, формально похожей на сократовскую, а в позднем диалоге «Софист» Платон изображает этот метод как типичный для софистов в целом. Согласно предположению Г. Сиджвика, некоторые софисты усвоили эту технику у Сократа. Дж. Керферд, напротив, предполагает, что она была в ходу уже у старших софистов (согласно Диогену Лаэртию, Протагор дал «первый импульс» сократовскому методу аргументации, 80 А 1 § 53, ср. § 51).     Релятивизм и скептицизм. Констатации вариативности того, что справедливо и полезно в определенных ситуациях (напр., в зависимости от обстоятельств поступка, пола и статуса лица), наблюдения за различиями норм права и морали у разных народов несмотря на предвосхищение их у прежних мыслителей (так, Ксенофан констатировал, что образы богов варьируются в соответствии с внешностью почитающих их народов), представляют собой в целом одно из открытий софистической эпохи. Концентрация внимания на подобных противоречиях нередко асоциировалась как у современников софистов, так и у последующих исследователей с отрицанием объективных критериев выбора между противоположными суждениями, т. е. с релятивизмом. (В современной философии под релятивизмом обычно понимается позиция, согласно которой истинность или ложность суждений может оцениваться только в рамках определенной системы координат и не существует возможности оценить их в качестве истинных и ложных безусловно. Крайним случаем релятивизма является субъективизм — единичный субъект является мерилом истинного и ложного.)     Из учений софистов к релятивизму в современном понимании ближе всего положение Протагора о человеке как мере вещей, согласно которому любые представления и суждения каждого субъекта о вещах равно истинны для каждого субъекта и в случае конфликта представлений не существует объективных критериев для предпочтения одних другим в плане их истинности. Однако этот радикальный релятивизм или субъективизм в отношении истины ограничен признанием объективного критерия полезности: различие восприятия объясняется разными состояниями субъекта, среди которых можно определить более и менее полезные для него, и квалифицированный специалист (напр., врач) будет стремиться изменить состояние субъекта на лучшее. Эта аналогия служит обоснованием для введения таких же объективных критериев в политической деятельности. Учение Протагора оказывается, т. обр., враждебным отвлеченной философии и теоретическому знанию, но не медицине и риторике, которые могут эмпирически подбирать средства для воздействия, исходя из того, что объективно является полезным.     Софисты Дионисиодор и Евтидем, подобно Протагору, относили любые суждения о сущем и истинном к релятивным. В утверждении Евтидема, что «все вещи для всех и всегда являются одинаковыми» (Plat. Crat. 386d), имеется, согласно Платону, как сходство с тезисом Протагора (отрицание объективного существования каждой вещи), так и расхождение с ним (представления о какой-либо вещи не отличимы от представлений о любой другой вещи — в частности, неотличимыми оказываются добродетель и порочность). По-видимому, согласно этой позиции, более радикальной, чем учение Протагора, не только равно истинными, т. е. не сопоставимыми, оказываются противоположные суждения о вещи различных субъектов, но и сам субъект лишается уверенности в том, что он не путает один объект с другим и что он способен определить его свойства по крайней мере применительно к себе самому и в данный момент.     Однако выводы, которые делаются в софистическую эпоху из констатации вариативности представлений, скорее тяготеют к конформистскому одобрению принятых норм. Так, в софистическом трактате «Двоякие речи» приводится множество примеров того, что в областях благого — вредного, прекрасного — постыдного, справедливого — несправедливого, истинного -ложного одни и те же вещи в зависимости от обстоятельств принадлежат то к первой, то ко второй категории. Автор трактата приводит чей-то вывод из этих наблюдений, состоящий всякий раз в том, что указанные противоположные понятия в общем виде не различимы (радикальный скептицизм, соответствующий позиции Евтидема, см. выше) и любой поступок или суждение могут оцениваться как истинные или ложные (справедливые и несправедливые и т. д.) только применительно к определенной ситуации. Автор согласен со второй частью этого вывода, но считает, что релятивность норм не устраняет сами указанные понятия, хотя он и не берется их определить в общем виде (DK90, 1, 17). Показательно, что и то и другое воззрение не ставят под сомнение следование принятым правилам и нормам в каждой из ситуаций. Аналогичное сопоставление религиозных обычаев у Геродота сопровождается еще более определенным выводом: каждый народ считает прекраснейшими собственные обычаи, т. е. подразумевает обязательность принятых норм, несмотря на их принципиальную несопоставимость (Hdt. Ill 38, ср. VII 152).     В отличие от этих рассуждений, предполагающих, что разрешение и запрет всегда сообразуются с обстоятельствами места и времени, но тяготеющих к признанию равной обоснованности любых норм, Протагор сделал важный шаг в направлении их сопоставления и критической оценки (рассуждение в «Теэтете»): любые нормы, устанавливаемые гражданским коллективом, истинны, пока они действуют, т. е. решения большинства безусловно должны соблюдаться, однако они не обязательно полезны, следовательно должны обсуждаться и совершенствоваться.     Известны примеры радикального отрицания самой возможности достоверного знания в это время: Горгий отрицал возможность существования, познания существующего и выражения познанного в речи. Ксениад придерживался положения о ложности всякого чувственного представления и суждения, а также тезиса, что все возникающее рождается из ничего и все гибнущее обращается в ничто. Кратил пришел к выводу о невозможности достоверных суждений о вещах, исходя из гераклитовского положения об их непрерывной изменчивости. Трудно, однако, судить, насколько эти отрицательные выводы, направленные в первую очередь против учений досократиков о первопринципах, затрагивали другие области знания.     В других случаях релятивизм софистов определенно имел ограниченный характер. Так, Протагор был враждебен натурфилософскому и онтологическому знанию, оспаривал основоположения математики и некоторых других, очевидно, теоретических наук, однако не отвергал наличие объективных критериев в сфере практически ориентированного знания. Высказывался ли кто-либо из софистов в духе невозможности обоснованных суждений вообще (подобно скептикам), не известно.     «Природа» и «закон». Антитеза «природа — закон» (????? — ?????), получившая широкое распространение примерно с 40-х годов 5 в., подразумевает противопоставление объективных свойств, присущих человеческому роду, проявляющихся во врожденных и универсальных константах поведения, с одной стороны, и созданных людьми моральных норм, обычаев и письменных, с другой. Противопоставление «истины» и «мнения» (или «обычая») впервые появляется у досократиков (Ксенофан, Парменид, Эмпедокл) в рассуждениях, направленных против обыденных представлений о физическом мире. Новый вариант антитезы связан в первую очередь с констатацией различия и даже противоположности моральных и религиозных норм различных народов, опирающихся на сведения, заимствованные из истори-ко-этнографической литературы (Геродот) и, в то же время, со сформировавшимся в греческой медицине понятием человеческой природы, т. е. врожденных и общих всем людям свойств. Традиция приписывает Архелаю, ученику Анаксагора, наиболее раннее утверждение, что различение прекрасного и постыдного основывается не на природе, но на законе (DK60 А 1; 2).     Начиная с последней трети 5 в. появляются натуралистические учения, согласно которым существующие законы и нравственные нормы произвольны и условны в сравнении со свойствами, присущими человеческой природе, и даже враждебны ей. Трактовка этих фундаментальных природных свойств варьируется от одного учения к другому. Так, Калликл, персонаж платоновского «Горгия», доказывает, что «природный закон» состоит в праве сильнейшего на власть, поэтому подобному человеку следует попирать принятые правовые и этические нормы, поддерживаемые «более слабыми» в собственых интересах (482c-486d). Рассуждение в духе компромисса между требованиями природы и человеческими установлениями принадлежит Антифонту, который доказывает, что существующие законы установлены вопреки человеческой природе, стремящейся к удовольствию и избегающей страданий, а участие в общественной жизни прямо угрожает жизни и благополучию индивида. В качестве благоразумной системы поведения Антифонт рекомендует при свидетелях руководствоваться принятыми нормами, а втайне от всех следовать природе (DK87 В 44а). Гиппию принадлежит утверждение о естественном родстве людей в целом или по крайней мере мудрейших из них, в противоположность законам, разделяющим их (DK86 Cl).     Мыслители, стоящие на стороне позитивного права и требований традиционной морали (большинство софистов принадлежало к их числу), не стремились в эту эпоху показать их соответствие человеческой природе, но указывали на необходимость политических институтов, морали, права и религии, наук и искусств для восполнения недостатков, присущих человеку в естественном состоянии (Протагор, Аноним Ямвлиха; сторонники учения о возникновении правового порядка из договора).     К эпохе софистики восходит полемика, отразившаяся в «Кратиле» Платона, господствует ли в языке такое соотношение между словами и обозначаемыми ими понятиями, при котором этимология слова раскрывает существенные свойства предмета («име

Источник: Античная философия. Энциклопедический словарь


Похожие посты

Как правильно ставить ударение в слове «по средам» 🚩 по средам или средам 🚩 Лингвистика

Glavnii

Ответы@Mail.Ru: что такое доктрина ?

Glavnii

Слова с приставками «пре-» и «при-» — «Грамота.ру» – справочно-информационный Интернет-портал «Русский язык»

Glavnii
Adblock
detector