Другое

Сиэль Фантомхайв

      Когда это началось? Не знаю. Может, когда я только его увидела, может, когда мы в первый раз заговорили. А может это всё случилось постепенно и я только после его смерти стала такой?

      Новенькие — это обычное явление в любой школе. Сколько мне лет было? Может, десять-двенадцать, а может, я осталась после последнего класса на второй год. Я совсем не помню ту девочку (девушку, женщину?).

      Он был красив, красив до невозможности. Синие глаза, с редкими зелёными и серыми вкраплениями, обрамлённые до невозможности длинными ресницами очаровали меня с первой же минуты. Алебастровая кожа, хрупкое телосложение, тёмные, немного длинноватые для парня волосы — он был идеальным. Его часто подкалывали, что он похож на девчонку, он был слабым и худосочным, из-за чего его никогда никуда не звали парни из школы. Но он был Совершенством. Для меня.


      Была ли я в него влюблена? Возможно. Но возможно и нет.

      Все подростки подражают. Но Кто-то не подражала. Кто-то копировала его манеру поведения, я выучила все его мельчайшие бессознательные жесты, походку, оттопыривание двух пальцев, когда пьёт чай, манеру прищуриваться, когда ему говорят что-то обидное и достойно отвечать. Он был гордым, непоколебимым, тщеславным и по-своему сильным.

      А Кто-то всегда хотела быть такой. Кто-то была до невозможности доброй и любила всем помогать, хоть и постоянно отрицала это и тщетно пыталась убрать свою доброту куда подальше. Это я помню точно. Кто-то была странной. Всё прощала, не успев даже обидеться, постоянно пыталась чем-то облегчить жизнь людей, смеялась над самыми несмешными шутками и больше всего боялась обидеть кого-то. И Кто-то не хотела быть такой. Но и не знала, какой она быть хочет.

      Но однажды Кто-то увидела Его. Мистера Совершенство, который был таким холодным и недосягаемым… Да, пожалуй, именно такой она и хотела быть.

      Тогда в ней и зародился эмбрион меня. Она имела от природы смуглую кожу, самые что ни на есть, обычные зелёные глаза и светлые волосы, пухлые щёки и такое же тело. Но она хотела быть ним. Она покрасила волосы в насыщенный чёрный и уже улыбнулась своей маленькой победе, но тут одёрнула себя. Нельзя. Он не улыбается.


      Маски на лицо, обёртывания тела, диеты, голодовка и различного рода упражнения дали результаты. Кожа была бледной, а сама Кто-то исхудала и стала ещё более похожей на Него. Линзы и накладные ресницы стали обыденными вещами, а «голубая глина» на лицо — само собой разумеющейся процедурой. Ведь по-другому и быть не может. Разве нет?

      Я тогда уже практически сформировалась. Но не до конца.

      Это было похоже на сумасшествие. Она не хотела быть похожей, не хотела его любить или быть той, кого он любит. Она хотела быть им.

      Сиэль Фантомхайв.

      Его-моё имя приятно грело слух. Но никто не хотел называть и Меня нашим именем. Только мы с ним знали, что это имя больше не только его. Для всех остальных Сиэлем Фантомхайвом был только он.

      — А когда у тебя день рождения? — когда-то спросила Кто-то. И она вовсе не хотела его поздравлять, ей просто нужна была дата. Дата моего рождения. Четырнадцатое декабря. Зима. Холодная и жуткая. Да, это именно то, что было ей нужно. А ведь Кто-то родилась весной…

      На перекличке она откликалась на его имя и фамилию, что заставляло его удивлённо посмотреть на неё и отвернуться. Они сидели вместе и их даже прозвали Близняшками. За то, что они так похожи. Идиоты. Они — один человек.


      Его поздравляют с Днём Рождения, а Я, живущая в Ней, ужасно злюсь. Ведь это и Мой День Рождения тоже. Он должен быть только моим.

      Топор, нож, просто верёвка? Что это было? Не помню. Помню только то, что было много крови и мёртвый Мистер Совершенство. Он не должен был занимать моё место. Или же, это Я заняла его место? Не знаю, но то, что знаю точно: Кто-то добилась того, чего она больше всего на свете хотела, ведь теперь она мертва.

      Теперь нет ни Кто-то, ни Мистера Совершенства. Есть одна Я — Сиэль Фантомхайв. Единственная.

      — Единственная! Единственная! Я — Сиэль Фантомхайв! Я! — неудобная кровать на старых пружинах скрипит, что раздражало бы меня, не будь я в истерике. Или это до сих пор говорит во мне Кто-то — эта жалкая неудачница, которая была слишком доброй и хотела избавиться от этого. Хотя, должна признать, этой цели она добилась. Её глупая доброта умерла, но вместе с ней.

      — [Имя], быстро в постель! Не мешай всем остальным. — я не знаю, кто тот, кого она так назвала. Может, это имя той самой мёртвой Кто-то, может, чьё либо ещё. Но не моё. Я — Сиэль Фантомхайв. Этого не изменить больше. — Выпей таблеточку. — грубые руки толи няньки, толи медсестры протягивают стакан с водой и разноцветную прилюлю. Здесь все рано или поздно сходят с ума, или под психологическим давлением, или под действием этих самых таблеточек. Но я-то нормальная. Разве нет?


      Беру стакан в руки и рывком выливаю жидкость в лицо жирной врачихе. Уж лучше в карцере денёк посидеть, чем пить эту дрянь.

      Смеюсь, когда меня берут под руки два громилы и несут в ту самую комнату, в которой и я, и Мистер Совершенство, и мёртвая Кто-то остаются наедине.

      Я слышу их злые голоса. Они говорят, что я чудовище. Что Я уничтожила их. Но разве это не сделали они сами? Кто-то хотела быть Миссис Совершенство, но для этого ей пришлось погибнуть. А Миссис Совершенство убила Мистера Совершенство (то есть, себя же) и стала Единственной Сиэль Фантомхайв. Разве не славно?

      У них будет ещё много времени уничтожить меня, втереться доверие, и, возможно, кто-то из них когда-нибудь победит. И свергнет меня с моего трона и это тело перестанет быть тем, кем является сейчас. Может, оно станет мёртвой Кто-то, а может, Мистером Совершенством. Но я не такая слабая, как Кто-то, и я не буду Мёртвой. Я буду вечно живущей, когда-нибудь снова одержавшей корону, Сиэль Фантомхайв.

      Ха-ха.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
09.12.2016
      Невозмутимый взгляд изумрудных глаз окинул собравшуюся публику.


тер был доволен впечатлением, произведенным им же самим на зрителей, а уничтожение источника света благодаря меткому попаданию в люстру пули, сделало атмосферу более таинственной и побудило зачинщика к действию, пока коллеги из Департамента не опомнились и не предприняли мер.

      Карлайл спрыгнул с перил, подхватил подростка на руки и скрылся со своей добычей в темном коридоре. Обезумевшие от удивления шинигами бросились вдогонку, но тягаться с бывшим наследником особняка, который был прекрасно осведомлен о всех потайных ходах и выходах, было пустой тратой времени. Рону и Греэлю ничего не оставалось, как покинуть поместье ни с чем.

      Единственным кто мог потягаться с Карлайлом в догонялки был дворецкий семьи Фантомхайф. Конечно же, еще одним вариантом был владелец особняка, но, увы, его время уже закончилось.

      Себастьяну не надо было долго думать, чтобы догадаться, что Карлайл приведет своего племянника в детскую, то есть в родную комнату подростка. Сиэль барахтался в крепких руках дяди и добился освобождения, когда они добрались до пункта назначения. Фантомхайф поставил Сиэля на ноги.

      Подросток же в свою очередь отпрыгнул подальше от очередного странного типа, к которым уже начал привыкать за последнее время, и вжался в стену, затаив дыхание. Сиэль понимал, что перед ним коллега тех двоих, что пытались избавиться от него, а значит, у этого такая же цель. Карлайл сделал шаг ему навстречу. Сиэль уже успел попрощаться с жизнью, ибо в такой тупик он еще не попадал. Он не видел выхода нигде, разве только…


— Не двигайтесь, Фантомхайф, иначе Вам не сдобровать, — это был тот самый голос, который надеялся услышать юноша.

      Себастьян стоял позади Карлайла, приставив к спине шинигами его же оружие, которым тот испортил дорогую люстру.

— Пытаться убить шинигами его собственной косой, как наивно, — губы молодого человека расплылись в добродушной улыбке, как будто ему совсем не угрожали, — Мой брат тебя не видит, Себастьян Михаэлес…

      Карлайл быстро извернулся и выхватил из рук дворецкого пистолет, с которым успел сродниться за последние годы.

— Выходит, сплетни не врали, и Вы действительно стали жертвой той любовной интриги, — несколько задумчиво произнёс дворецкий.

      Очень узкий круг лиц знал о произошедшем тогда инциденте, и Себастьян был не исключением. Тогда честь Леди Элизабет была под угрозой и со всех сторон только и твердили о том, что она изменила своему супругу с его же братом. Вся интрига началась с самого обыкновенного похода в театр. На представлении присутствовали все аристократы и дворяне, также Сиэль и Элизабет Фантомхайвы. Карлайла как прославившегося лекаря попросту не могли не пригласить. Ему отвели место в ложе с братом и его женой.


      В тот вечер Сиэлю стало плохо, и он был вынужден покинуть представление, не дождавшись конца. Элизабет настаивала на том, чтобы сопроводить супруга, но тот отказался, руководствуясь тем, что не хотел портить ей этот светский вечер. Сиэль взял обещание с брата приглядеть за девушкой. В такой просьбе Карлайл не мог отказать и пожелал брату скорейшего выздоровления.

      Утром следующего дня газеты пестрили фотографией, на которой был запечатлен поцелуй Элизабет и Карлайла. И именно в то утро по непонятной причине Элизабет не была дома, как подтвердили слуги, графиня не вернулась домой после театра. Это могло значить одно — предательство, за ним подрыв репутации, клевету и наконец изгнание из общества порядочных людей. Такого граф Фантомхайв терпеть был не намерен, но самое ужасное было то, что все это сотворил его родной брат, единственный человек, на которого Сиэль мог положиться.

      Молодой человек отправился прямиком к своему брату, где он действительно застал Элизабет. Девушка была бледнее любой фарфоровый куклы, чему могли позавидовать все дамы высшего света. Карлайл был мрачен, как никогда. Он всеми силами доказывал невинность и преданность девушки, объясняя это все тем, что произошедшее было лишь дружеской благодарностью за проведенный совместный вечер, из которого фотографы раскрутили интригу, заработав на таком немалые деньги.


      Сиэль не принимал данного объяснения, опираясь на то, что Элизабет не была этой ночью дома, а следовательно провела это время с Карлайлом. Здесь уже в спор вступила сама девушка и рассказала, что переночевала у матери. Все это казалось ужасно неправдоподобным. Карлайл решил предпринять что-нибудь решительное, заявив о преданности Лиззи перед супругом и о своей гордости перед братом. В его руки попалось оружие, которое по чистой случайности оказалось заряженным и направленным в его грудь. Сиэль опомнился о честности брата, когда было уже слишком поздно, и после винил себя в произошедшем…

— И именно поэтому мы сейчас и можем общаться с Вами на равных, Себастьян, — кивнул Карлайл, убирая свой пистолет в карман брюк.

      Сиэль неподвижно стоял, переводя взгляд с дворецкого на незнакомца и повторно спрашивал себя, зачем он повёлся на идею путешествия в Англию. Из состояния замешательства его вывела реплика шинигами, обращенная к нему:

— Сиэль, это действительно правда. Я брат твоего настоящего отца, который стал шинигами. В это трудно поверить, но я собственными руками поставил метку "CLOSED" в его деле, своими глазами просмотрел пленку его жизни и удостоверился, что она была ужасна тяжела для главы рода Фантомхайв и, по совместительству, Цепного Пса Королевы.


несмотря на всё это он сделал всё возможное, чтобы на свет появился ты. Сиэль, твой отец шёл к этой цели и мечтал, что ты сделаешь род Фантомхайв счастливым и снимешь пелену мрака с нашего имени, — после всей этой длинной речи, правдивость которой Сиэль чувствовал своим сердцем, Карлайл произнёс слова, что подросток запомнит на всю оставшуюся жизнь, — Сиэль Фантомхайв, выбор за тобой: вернуться в свой настоящий дом или же остаться в этом мире.

      Ошарашенный таким прямо поставленным вопросом Сиэль долго не мог предпринять какое-нибудь действие, но после его губы дрогнули и прошептали:

— Вернусь…


Похожие посты

Мытищи дти заказное письмо что это такое | Правовая помощь юриста

Glavnii

Ник — что это такое и чем никнейм отличается от учетной записи

Glavnii

Инстаграм Аллы Бергер

Glavnii
Adblock
detector